Перья на асфальте
Был жаркий летний день, что в Ленинграде случалось нечасто. В огромных, украшенных олимпийской символикой, витринах магазина отразился мальчишка в потертых школьных штанах, клетчатой рубашке, полинявшей от многократных стирок, и стоптанных полукедах. Невысокий, худощавый, на вид мальчишке было лет восемь. Но если бы вы остановили пацаненка и спросили, сколько ему лет, то узнали бы, что в сентябре исполнится одиннадцать.
Проскакав мимо продуктового магазина, мальчишка привычно свернул на улицу, ведущую ко входу в парк. И резко затормозил. На раскаленном асфальте проезжей части жалобно пищал воробей. Желтый клюв и растопыренные крылышки — птенец, слеток. Выпрыгнул из гнезда, пока родители корм добывают. И выскочил на дорогу, глупыш…
Мальчишка растерянно оглянулся. Середина рабочего дня, взрослых немного и все равнодушно проходят мимо. Если бы рядом была мама, она бы обязательно что-то придумала бы! Но мама на дежурстве и приедет только завтра. Как же быть?
(далее…)
Кот Зайчик
(Быль)
Серые, будто под копирку сделанные пятиэтажки нового микрорайона стремительно заселялись жильцами. Каждый день у одного, а то и нескольких парадных стояли грузовики, из которых в дома заносили нехитрый скарб советских новоселов. По вечерам все больше окон освещались люстрами, светильниками, а кое-где и просто лампочками в абажурах из ненужных газет.
В один из таких дней в окне второго этажа появился белый кот. Хозяйка кота, сухонькая старушка, получила свои тринадцать квадратных метров в двухкомнатной «брежневке» взамен снесенного деревянного дома в поглощенной городом деревне. С соседями старушка была подчеркнуто вежлива, но и только. В кухонных разговорах не участвовала, с бабками во дворе на лавочке не сидела, денег никому не занимала и сама в долг не брала, хотя пенсия у нее маленькая. Из родни только кот, кота зовут Зайчик, а кем хозяйка Зайчика была до выхода на пенсию, никто толком не знает. То ли библиотекарь, то ли еще какая интеллигенция. Поговаривали еще, будто старушка эта не простая, а «из бывших», ну да мало ли что людские языки наплетут…
Изобретатель
Третий рассказ из цикла под условным названием «Митрич и его бригада». Настоятельно рекомендуется сперва прочитать рассказы «Заковыка» и «Практика относительности«.
Слыхали, что наш Толян опять учудил? Не? Тогда садитесь поудобней и держитесь крепче! Рассказываю.
По весне дело было. Толян наш решил в деревню съездить, тетку свою проведать. Летом-то у нас работы выше маковки, осенью от летних трудов отдыхаем, а зимой в деревне делать нечего. Разве что водку пить, так для этого в деревню переться совершенно необязательно. А по весне самый тык: и родню повидать, и по хозяйству помочь, если надобно.
Деревня Толькиной тетки не сказать, чтоб жутко далеко от столицы нашей необъятной Родины, всего-то часа три на электричке, да потом автобусом часа два. Но, между нами говоря, глухомань глухоманью. Толька где-то вычитал, что при царях богатая деревня была, а как начали зажиточных мужиков раскулачивать да бедноту в колхозы сгонять, так оно под откос все и пошло. После войны кому-то в голову мысль пришла объединить несколько захудалых хозяйств в колхоз-гигант. Думали, что таким макаром спасут район. А вышло наоборот: район-то большой. Птицеферму в центр перевели, а большинство птичниц в деревне осталось. Как бабам на работу добираться, ежели от деревни до центра без малого двадцать километров, никто не подумал. Начали было педали взад крутить, да уже поздно: народ кто в город подался, кто в другие деревни уехал. Так и загубили деревню.
Приехал, значит, Толян к тетке. Как он до деревни добирался это отдельная песня, потом при случае расскажу. Главное, добрался. Гостинцы городские привез, денег передал. И стал смотреть, чем можно помочь. Не сразу, конечно. Сперва встречу отметили, все чин-чинарем. А то!
Ватерклозет на брудершафт
Как ни крути, а никуда нам от Зощенко не деться. Не знаю, то ли писатель так удачно прописал, что его сатирическое перо на сто лет вперед бьет; то ли у нашей страны специфика такая. Как бы там ни было, а жизнь упорно подкидывает сюжеты, достойные «Голубой книги». Про батарею я вам уже рассказывал, теперь про больницу поведаю.
Я, признаться, хворать предпочитаю дома. Как ни крути, а дома и кормежка лучше, и культурный отдых в лице экрана телевизора присутствует. Опять же, удобства свои, а не общественные. Как оказалось, в больнице в этом плане еще кое-где затруднения возникают.
Тут, значит, вот как дело было.
Кассир
Скрипучий женский голос оторвал меня от увлекательной беседы в чате:
– Мужчина, вам пакет нужен?
Бесцветные глаза кассирши стеклянно смотрели куда-то мимо меня.
– Нет, спасибо.
Пискнул кассовый аппарат.
– С вас одна тысяча двести шесть рублей двадцать копеек, – заскрипела кассирша. – Мелочь готовьте.
– Простите, а вы скидку по карте постоянного покупателя посчитали?
– А вы мне карту давали?
– Вот карта лежит, перед вами.
– Так в руках надо держать вашу карту! – возмущенно проскрипела кассирша и поднесла карту к сканеру. Касса в очередной раз пискнула, пересчитывая сумму покупок.
– Одна тысяча сто пятьдесят шесть рублей тридцать копеек. Мелочь готовьте.
– Я банковской картой оплачу.
– Так что вы свою карту в руках держите? – голос кассирши окончательно перешел в стадию скрипа несмазанной телеги. – Положьте, как все нормальные люди ложат!
– Так, хватит. Вызовите сюда администратора.
– Вот еще! Вводите пин-код, не задерживайте! Мужчина, вам говорят! Вы куда???
Последняя весна Джека
Говорят, когда персонажей твоего произведения начинают считать реальными, то это большая писательская удача. Ежели так, то с моим «Стариком» все сложилось более чем удачно: читатели решили, что история списана с натуры. Автору сочувствовали, где-то давали рекомендации по уходу за престарелым псом, кто-то благодарил за спасенного котенка… Особенно порадовало несколько отзывов, где осуждали Лену. Эгоистка, мол. Вроде бы как жалеет старика, а на самом деле обрекает его на мучения.
Не буду раскрывать все детали писательской кухни, это никому не нужно и совершенно неинтересно. Скажу лишь, что все герои рассказа образы собирательные, а сам сюжет является компиляцией нескольких событий, случившихся в разное время с разными людьми и животными. К слову: на написание коротенького рассказа ушло более девяти лет. Не вру! Недавно старые дневники перечитывал, наткнулся на запись:
24.12.01
С рукописями абзац полный – нет продолжения. Вообще нет. Даже «Старика» закончить не могу, хотя внешне там и делать-то нечего. Но сюжет оказался не прост, ох как не прост. Да и время упущено – надо было сразу писать, а я поленился…
Черновой вариант рассказа был закончен лишь весной 2010-го года.
Но я отвлекся. Как уже было сказано, все персонажи рассказа образы собирательные, имеют нескольких реальных прототипов. Одним из прототипов Старика был длинношерстный колли Джек.
Разговор в поезде
Поезд плавно рассекал ночную темноту. На укрытых снежным покрывалом насыпях блестели огни вагонных окон.
Мягкое покачивание вагона в сочетании с мерным стуком колес действовали убаюкивающе. Я уже почти заснул под, когда в дверь купе осторожно постучали.
– Разрешите?
– Входите, не заперто.
Дверь откатилась и на пороге возникла помятая физиономия проводника.
– Простите, мне показалось, что вы еще не спите…
– Не сплю, – почему-то ответил я.
– Вот и славненько! В соседних купе уже все заснули, а тут как раз пассажир сел. Вы ж один едете, скучно, небось…
– Скучно.
– Вот видите! – обрадовался проводник. – Я тогда пассажира к вам и… Товарищ! Который до Архангельска! Идите сюда, здесь свободные места есть!
Практика относительности
Второй рассказ из цикла под условным названием «Митрич и его бригада». Настоятельно рекомендуется сперва прочитать рассказ «Заковыка«.
Вот ты говоришь – наука! Химия там, физика… Теории всякие. А я тебе так скажу: без практики всем вашим теориям грош цена в базарный день! Бездоказательно? Ща докажу!
Мы с моими парнями этим летом опять коттеджи строили. То есть, фундаменты и стены ставили другие, а мы с хлопцами всю внутрянку ладили – электрику, сантехнику… Ну, что я тебе рассказываю? Ты ж мою специфику не хуже меня знаешь. Вот… Аккурат в начале июня забурились мы в очередной поселок коттеджный. А поселок большой, больше полусотни домов, да еще с десяток таунхаусов. Всюду кабеля затащить, щитки установить, трубы проложить, ванны с унитазами поставить. И все это на своем горбу таскать приходится, потому как дома малоэтажные и автокраны сразу угнали на другой участок. Подсобников нам не положено, если только за свой счет нанимать. А какой дурак согласится лишних дармоедов брать?
Зависимость
Дверь в кабинет открылась и на пороге появилась маленькая худая женщина неопределенного возраста. В правой руке она держала платочек, которым непрерывно промакивала покрасневшие и опухшие от слез глаза. Левой рукой женщина тянула в кабинет вяло упиравшегося мужичка.
— Проходите, садитесь.
Серые глаза врача участливо смотрели на парочку сквозь толстые стекла очков.
— Ну-с, что у вас?
Женщина усадила мужичка на кушетку рядом с дверью, сама присела на самый краешек стула, стоявшего возла стола.
— Беда у нас, доктор… — Тихо, почти шепотом произнесла она. — Только на вас вся надежда.
У вас все дома?
Необходимое предисловие: программу «Пока все дома» люблю с давних пор, хотя с некоторых пор смотреть перестал. С уходом Бахметьева и «Оч.умелых ручек» передача лишилась своей изюминки. Кроме того, к некоторым героям «Пока все дома» приезжает по третьему разу, а некоторых новых лучше бы и не показывали. Но Тимуру Кизякову и его команде в любом случае нижайший поклон.
Когда я только осваивал Живой Журнал и набивал клавиатуру в деле рассказостроения, было написано несколько миниатюр, в том числе и пародий на популярные программы. «А у вас все дома?» написана более десяти лет назад. Но сейчас перечитал и решил вытащить рассказ из архива.