Доброй ночи

Где-то в моих дневниках, наверное, есть запись, датированная либо второй половиной 1991-го, либо началом 1992-го года. Там, среди прочей словесной чепухи должны быть слова «купил набор пластинок Утёсова».

Что бы сейчас ни говорили, как бы ни возвеличивали начало девяностых, а время было паскуднейшее. Эйфория от развала ненавистного совка сменилась тяжелейшей депрессией. Пустые прилавки магазинов, обесценивающиеся деньги, нарастающая безработица… И даже если твой завод еще не прикрыли, то совершенно не факт, что безработным быть хуже, нежели работать за гроши.
Выкручивались кто как мог. Если кто нарушал закон, то не мне их судить — я сам не без греха. Иначе было не выжить…
Пока позволяли деньги и здоровье, ездил к преподавателю, второй год обучения игры на гитаре. Занимались в субботу, с 11 до 12 часов было мое время. Потом я обычно шел в магазин «Мелодия», напротив «Гостиного двора», рядом еще был (и сейчас, вроде, есть) магазин «Ноты»… У дверей «мелодии» обычно толклись спекулянты, перепродавали те же Антроповские пластинки битлов, потом появились перепечатки Queen, Жана-Мишеля Жарра, запретного при Советах Джексона.
Не помню почему, но в тот раз я взглядом зацепился за пожилую пару. Он и она, обоим явно за семьдесят, внешне ну никак не сочетались с нахрапистыми рыночными бабками и матерыми спекулянтами. Подошел. Мужчина, смущаясь и краснея, почти прошептал «Молодой человек, купите пластинки».
Господи, что же это были за пластинки… Несколько гигантов Апрелевского завода, эстрада тридцатых годов. Вертинский, Юрьева, Петр Лещенко, еще кто-то. Их было невозможно продать. Если бы это были патефонные пластинки тех же тридцатых годов, то коллекционеры, может, и купили бы.
Видимо, старики и сами это понимали. Потому что женщина как последнюю драгоценность вытащила из холщовой сумки картонную коробку с надписью «Леонид Утесов». Набор из семи пластинок, практически полное собрание прижизненных записей Леонида Осиповича.
Если спросите сколько заплатил — не помню. Помню, что выгреб почти все, что было в кармане, денег осталось только на дорогу домой. Наверное, сумма была приличная, потому что дома с матушкой слегка поругались из-за необязательной покупки.
Но… Время прошло, ссоры подзабылись. А пластинки стоят в шкафу. Как память.