Всё-таки, Питер или Санкт-Петербург?

Беглов тут высказался относительно давних споров, можно ли называть Санкт-Петербург Питером. В комментариях на сайте «Фонтанки» ожидаемо набежали противники сокращённого названия. Основной довод: Петербург Питером называет понаехавшее быдло. Видимо, в их число следует записать Анну Ахматову, Ольгу Берггольц и ещё многих коренных петербуржцев. Впрочем, «истинные петербуржцы», скорее всего, не читали ни Ахматову, ни Берггольц.

Но больше всего меня повеселил некий знаток, который утверждает (цитирую): «При царе, Петербург, никогда, даже в официальных документах, не называли Санкт-Петербургом, а только Петербургом. Но к власти дорвались всякие серые личности, типа Собчака и… Петербург вдруг стал Санкт-Петербургом.»

Во-первых, Собчак был категорически против проведения референдума о возвращении городу его исторического имени. Басня, что Собчак вернул название «Санкт-Петербург» придумана госпожой Нарусовой и не имеет под собой никаких оснований. На проведении референдума настояли депутаты Ленсовета, горожане проголосовали за возвращение исторического названия. Указ Президиума Верховного совета РСФСР от 6 сентября 1991 года N 1643-1 подписал Руслан Хасбулатов.

Второе. У меня на жёстком диске хранятся сканы различных карт города. Есть карта, которая была составлена при жизни Петра Первого. Вот маленький фрагмент:

Надо объяснять, что означают сокращения Г.С.? Позднее, когда Пётр Алексеевич перенёс столицу в Санкт-Петербург, на картах стали писать «Планъ столичнаго города Ст.Петербурга».

Ну и от себя добавлю: я с рождения слышал, как город Ленинград называли Питером. В этом было не только и не столько фамильярное отношение жителей к родному городу, а неприятие нового названия. Те самые настоящие коренные петербуржцы не приняли название «Ленинград», как не приняли новые названия питерских улиц. Благодаря им Невский и Литейный, Садовая и Дворцовая не превратились в безликие проспекты имени непонятных дат и лиц. И, как мне думается, своё историческое название Петербург вернул именно благодаря тому, что мы продолжали называть его Питер.