Categories: Блог

По церкви в месяц

Судя по всему, в Москве полный порядок абсолютно во всем и для полного счастья жителям столицы не хватает самой малости — двух сотен православных храмов. Только так я могу объяснить решение г-на Собянина строить по церкви каждый месяц. Есть, правда, еще предположения, что у Собянина православие головного мозга в особо тяжелой форме, поскольку протекает на фоне желания попилить бабла. Но это вражеские бредни всяких антихристов мы, конечно, слушать не будем.

А будем радостно наблюдать, как во славу Божию вырубаются последние скверы и застраиваются детские площадки. А всякие «идеологически ориентированные летучие отряды» сопротивления возьмут на себя х.еносцы, казаки и лично Виталенька Милонов. Глядишь, построят идеальное общество без памяти и знаний, но с глубокой верой… Вот только я не уверен, что это религия от Господа нашего. Скорее, от противоположной сущности.

«Вопящий мудрец скрылся за бортом колодца, и вкушецы подбежали к краю, стали заглядывать внутрь и кричать:
— Ниже! Еще ниже!
Любопытные из толпы тоже пытались прорваться к колодцу, но вкушецы их не пускали. Крики мудреца вдруг оборвались. И на площади стало тихо.
— Все, — сказал толстяк. — Казнь свершилась, справедливость восстановлена. Да здравствует неведение и беспамятство!
Он обернулся к толпе, поднял руки и громко возгласил:
— Мы ничего не видим!
— Мы ничего не видим! — подхватили люди на площади.
— Мы ничего не слышим!
— Мы ничего не слышим…
— Мы ничего не знаем!
— Мы ничего не знаем…
— Мы никогда не возражаем!
— Мы никогда не возражаем… не возражаем… не возражаем…
Вкушецы принялись энергично крутить лебедку, и платформа стала подниматься. Вот из-за края колодца показалась голова мудреца. Он был жив и вроде бы невредим. Толпа встретила его появление возгласами. Мудрец стоял совершенно спокойно, глупо улыбался, словно забыл, что только что отчаянно сопротивлялся.
Платформу подтянули к борту колодца, мудреца освободили от пут. Он остался стоять на месте, словно не знал, куда идти.
Вкушецы свели его под руки на площадь и подвели к помосту.
— Ты кто? — спросил из шкафа Клоп.
— Не знаю, — ответил мудрец и улыбнулся. — Понятия не имею.»