Не рычи!

Кто смотрел старый советский детектив «Сыщик» наверняка помнит такую сценку: Ярмольник на мотоцикле, активно газует, готовясь рвануть как только загорится желтый сигнал светофора. А из соседней машины ему говорят «Не рычи!».

Лето одна тысяча девятьсот восьмидесятого в Питере выдалось жарким и солнечным. Самое лучшее время чтобы носиться с друзьями по двору, но я сидел дома. Три месяца назад мы переехали из блочной девятиэтажки на улице Белы Куна в унылый дом-колодец на улице Тверской. Чтобы встретиться с друзьями нужно было больше часа трястись на трамвае…

На новом месте друзей завести не успел, болтаться по Таврическому саду надоело, в телевизоре сплошной «Сельский час»… Поэтому я просто валялся на кровати, листая журнал «Искорка». Был такой детский журнал, приложение к газете «Ленинские искры». Газету я выписывал в качестве общественной нагрузки в школе, а «Искорку» читать любил.

Жарко, окно распахнуто настежь. От жары и скуки клонит в сон. Я уже почти засыпаю, но тут во двор въезжает «козел». Точнее, козел на Уазике.

Знаете ли вы, что такое двор-колодец? Это каменный мешок, высотой в шесть-семь этажей. Расстояние до противоположной стены может колебаться от пяти до пятнадцати метров. В больших дворах можно встретить чахлый скверик, иногда даже с фонтаном. Наш дом был построен в виде положенной на спину восьмерки, два кольца которой и были внутренними двориками. Каждый дворик метров шесть в диаметре. Никаких сквериков или фонтанов, голый асфальт. Если во двор протаскивалась легковая машина, то развернуться она уже не могла и выезжала задом. И, в полном соответствии с законами физики, акустика в этих каменных мешках просто обалденная.

Представили себе это счастье? Теперь представьте, что к вам под окно въезжает советский внедорожник. Водитель не глушит двигатель, а наоборот – открывает капот и начинает что-то там регулировать, от чего машина регулярно взрыкивает. От грохота мощного двигателя в рамах дрожат стекла, комната заполняется выхлопными газами.

Самое правильное это высунуться в окно и попросить водителя отогнать машину на улицу. Это если бы я был взрослым. Но мне десять лет. В лучшем случае на меня просто не обратят внимания, в худшем обложат матом. Сна уже ни в одном глазу, от грохота и вони начинает болеть голова. Чтобы хоть как-то отвлечься грызу яблоко. Машина продолжает сотрясать двор. Я догрызаю яблоко и, не поднимаясь с кровати, со злости бросаю огрызок в раскрытое окно.

О, чудо! Уазик тут же глохнет. Раздается залп крупнокалиберного мата, из которого я понимаю только одно: мне лучше затаиться. Открытых окон много, догадаться из какого именно прилетел огрызок, невозможно. Водила несколько минут бессильно матерится, потом пытается завести машину. Уазик чихает, плюется, попукивает и постреливает, но не заводится. Очередная порция мата делу не помогает. Водила со всей дури хлопает капотом и куда-то уходит.

Часа через полтора Уазик на буксире вытащили со двора в неизвестном направлении.

(с) 2012, Сергей Уткин.