Хозяйский подход

Перелистывал свои старые дневники, хотел освежить в памяти как я тогда на путч и ГКЧП отреагировал. Оказалось, что практически никак. То есть, на работе с коллегами обсуждали чем весь этот бардак кончится, но все осталось на уровне курилки. К Мариинскому не ходил, Собчака не слушал. Куда больше происходящих в стране перемен лично меня волновал предстоящий переход из цеха 116 в цех 135, на должность старшего кладовщика.

Все уже было обговорено заранее, с первого сентября 1991-го года я должен был приступить к работе в новом коллективе. С начальством уже познакомился, коллег будущих знал неплохо. Но в первый раз менять место работы всегда трудно. Даже если переход с повышением в должности и в окладе.

Впрочем, очень скоро зарплата в 145 рублей из весьма приличной превратилась в нищенскую. «Ленинец» прихватизировали, предварительно развалив на десяток удельных княжеств. Наш «сто тридцать пятый» вошел в состав акционерного общества «Исток», который по наследству умудрился оттяпать себе здание «русского Пентагона».

Правда, оттяпали как-то странно – деньги от сдачи площадей в аренду шли не в «Исток», а в холдинговую компанию. Поэтому вместо ожидаемого золотого дождя руководство получило корзину грибов-отсосиновиков, что тут же ударило по карману работяг.

Тем не менее, иногда руководству «Истока» удавалось выбить из Турчака какие-то деньги. В частности, для представительских целей в транспортный цех закупили два микроавтобуса фирмы «Ниссан». То есть, платил за них холдинг, а на баланс машинки поставили к нам.

Шикарные, доложу я вам, были машинки! Маленькие, компактные, с небольшим межосевым просветом, благодаря которому могли развернуться на любом пятачке. Как-то раз один из «ниссанов» выделили для поездки на телефонный узел Московского района. Ездил я вместе с начальником цеха, Василий Борисович буквально слюной исходил от желания когда-нибудь сменить свой ушастый «запорожец» на такую тачку…

Не прошло и года – один из «ниссанов» приволокли на буксире. Водила в нерабочее время решил воспользоваться служебной машиной для личных надобностей, благо начальник транспортного цеха на такие шалости закрывал глаза. Тем более, что до сих пор все обходилось без происшествий и самодеятельность сходила с рук. А тут водила перед поездкой слегка «заправился», не учел особенностей ленинградских дорог зимой, поздно начал тормозить и выкатился на перекресток под красный свет. Тут же в правый бок «ниссана» влепился тяжело груженый тягач, вмяв дверь пассажирского салона почти до противоположной стенки. Водила обделался легким испугом.

Прибывшие на место аварии сотрудники ГАИ вынесли справедливый вердикт: вина за аварию в полной мере лежит на водителе «Ниссана». Что не оставляло шансов стребовать денег на ремонт микроавтобуса с водителя тягача. Наоборот, пришлось еще заплатить за разбитую морду грузовика…

За ремонт микроавтобуса представительство фирмы-производителя вломило кругленькую сумму, которой у водилы не было отродясь. У «Истока», впрочем, тоже. То есть, ежели весь трудовой коллектив оставить без зарплаты месяца на три, тогда, может быть, и хватило бы. Но кто же согласится три месяца работать бесплатно?

Единственной надеждой оставался Турчак. Руководство «Истока», скуля и виновато виляя хвостами, поплелось в приемную генерального. Положение осложнялось тем, что буквально за неделю до аварии холдинг купил в гараж еще один микроавтобус, на сей раз «фольксваген». О чем глава холдинга и напомнил, выпроваживая нежданных гостей из кабинета со словами «Сами, мудаки, вляпались, сами и выкручивайтесь!».

Сколько тот несчастный «ниссан» ржавел во дворе, надеясь на ремонт, я уже не помню. Финансовое положение в фирме ухудшалось с каждым днем, вскоре и холдинг не смог бы выделить денег на ремонт, даже если бы и захотел. Спустя какое-то время умудрились угробить и второй «ниссан». Что там произошло тоже уже забыл. Помню только, что в гараже активно начали резать кузов первого пострадавшего, надеялись из двух битых один целый собрать. В итоге останки обоих «ниссанов» отправились на свалку.

Как руководство «Истока» объяснялось с Турчаком, то мне неведомо.

(с) 2012, Сергей Уткин.