Памяти Летнего сада

Здесь требуется небольшое предисловие.
Несколько лет назад в Санкт-Петербурге затеяли реконструкцию Летнего сада. Идея изначально выглядела сомнительной, поскольку предполагалось воссоздать облик регулярного Летнего сада, каким он был до известного наводнения. Но это невозможно — Летний сад периода Леблона-Растрелли был в три раза больше нынешнего! Для реставрации того Летнего сада необходимо снести Михайловский замок, цирк и кучу зданий между ними.
В результате получилось нечто, более всего напоминающее шутиху Буженинову, затянутую в корсет не по размеру.
В твиттере известный телеведущий Иннокентий Иванов задал риторический вопрос: что бы сказал Пушкин, увидев «реставрированный» Летний сад?
Надеюсь, Александр Сергеевич простит мне мою наглость, поскольку я посмел от его имени набросать несколько строк.

I
Не мысля гордый свет забавить,
Спустя почти две сотни лет
Спешу читателю представить
Плод сердца горестных замет.
Как я любил мой город дивный!
Твоих оград узор массивный!
Я воспевал твой чудный вид,
Невы береговой гранит!..
Здесь каждый камень меня знает,
Здесь умер я… И здесь я жил!
Здесь в Летний сад я, отдыхая,
С моим Онегиным ходил.
Помыслить я тогда не мог,
Что сотворит с тобой злой рок!

II
Не узнаю Петра творенье!
Где твой державный, строгий вид?
И отчего Невы теченье
Какой-то мерзостью смердит?
Адмиралтейская игла
Закрыта глыбами стекла.
Нет уж задумчивых ночей.
Когда я в комнате моей
Пишу, читаю без лампады —
Бьет в окна зарево реклам.
Давно не спят домов громады:
Растряс их нынешний бедлам.
Не счесть домов, что — Боже мой! —
Закрыты траурной тафтой.

III
Что ж Летний сад? Он изувечен.
Опутан деревом оков,
Геометрией покалечен
Аки помпезный Peterhof.
О, сад мой, сад! Какой вандал
Тебя «отреставрировал»?
Узнав, во что ты обернулся,
Леблон в гробу перевернулся!
Читатель мой! Мне стыдно, право.
Печатных не хватает слов.
Сгубившим город мой вандалам,
Скажу, как мог сказать Барков:
Скоты! За злодеянья ваши вам руки мало оборвать!
Ворье! Бездарности! Убийцы! Пошли в п…у, е…а мать!

(с) 2012, Сергей Уткин.