Еще раз об основании Петербурга

Долго не мог понять, откуда взялся наплыв идиотов, упорно твердящих, что Петербург основан не Петром Алексеевичем, а шведами. И возраст Петербурга надо считать не от 27 мая 1703 года, а со дня присвоения Ниену статуса города.

Разгадка оказалась проста: журналист Даниил Коцюбинский с группой товарищей аж в 2002-м году открыл очередную Америку. Накануне трехсотлетия Петербурга был выпущен фильм «Петербург между прошлым и будущим», суть которого сводилась к одному — «история Ниена и Петербурга представляют собой неразрывное целое» и «не будь Ниена, не было бы и Петербурга» (цитаты из ЖЖ Коцюбинского). Кому интересно — фильм ниже прилагается.

В этой истории мне лично совершенно непонятно, почему Коцюбинский так привязался к Ниену? Ведь не секрет, что Ниеншанц построен ровно на том же месте, что и более древняя крепость шведов Ландскрона. Поговаривают, что и очертаниями Ниеншанц повторил Ландскрону. Если так, то на лицо прямая преемственность — как Петербург унаследовал несколько дорог, о чем пишет некто Семенцов. Коцюбинский преподносит реконструкцию Семенцова как доказательство прямой связи Петербурга с Ниеном. Но достаточно одного беглого взгляда на карту, чтобы понять: все сохранившиеся участки идут вдоль рек.

С таким же успехом можно говорить об унаследовании Петербургом Невы и Финского залива. А то и всего земного шара.

Так как же быть с Ниеном и его историей? Не забывать ни в коем случае, тут я с Коцюбинском согласен. Но и смешивать ее с историей Петербурга нельзя категорически. Следует уяснить одну простую вещь: город Ниен и крепость Ниеншанц были уничтожены в мае 1703-го года. Доказательством тому служит простой факт: в современном Петербурге не сохранилось ни одного здания, стоявшего в Ниене.

В качестве аналогии могу привести Севастополь: на его территории находятся раскопки Херсонеса Таврического, наверняка можно найти массу «унаследованных» признаков. Но никто не торопится менять дату основания города. И правильно делают.