Здравоохранение

Давненько в районной поликлинике не был. Лет семь или восемь. Но во вторник словил очередной приступ гипертонии, так что выбора не было. Пошел сдаваться отечественной медицине.

Номерок заказ заранее, через Интернет. Записался на сегодня, аккурат на полдень. Пришел в к регистратуре за тридцать минут до назначенного времени. С получением талона никаких проблем не возникло, только пришлось зайти в стразовой стол и оформить новый полис — старый изъездился давно.

Без пяти двенадцать подошел к нужному кабинету. С удовольствием отметил, что после ремонта в поликлинике появилась нормальная номерация — раньше по чьей-то дурости считали кабинеты сверху вниз. Первый кабинет на четвертом этаже, сотый — на первом. Теперь все как у людей: трезначные номера, первая цифра равна номеру этажа.

Нашел свой триста пятый, возле него четверо сидят. Спрашиваю, у кого восемнадцатый номер. Молчат. Потом мадама пенсионного возраста непреклонно изрекает: «За мной будете!»

Вежливо интересуюсь, с какой это радости? Вот у меня номер, вот время. Если ни у кого восемнадцатого номера нет, то сейчас моя очередь.

Мадама отпора явно не ожидала. Минуты две соображала что к чему, потом полезла в сумку. Выудила талон, попросила соседа посмотреть, какой там номер пропечатан. Двадцатый оказался. Вот и сидите…

Дождался вызова, изложил врачу что к чему. Кардиограмму показал, которую в прошлом году мне неотложка делала. Тут же выяснилось, что мой год подпадает под диспансеризацию. От больнички удалочь отвертеться, все анализы опять-таки в родной поликлинике. Флюшку и ЭКГ сразу сделал, все остально уже на понедельник.

Общее впечатление: бардака стала меньше. И, как показывает практика, немалая доля бардака возникает по вине самих пациентов. Вроде той мадамы.

В качестве колыбельной старенький монолог Евгения Вагановича Петросяна. Была у меня на Тверской гибкая пластиночка из журнала «Кругозор»,  там как раз этот монолог был. Частенько мы с матушкой эту пластиночку слушали на моем самопальном граммофоне…