Обложку для начатой книжки нарисовал. Теперь книжку бы закончить...
Метка: книги
Сборник «Петербург фантастический»
Отправился в типографию сборник "A Petro et a petra", составленный по результатам конкурса "Петербург фантастический". Окончательный его состав...
Петербург фантастический
Мой рассказ "Проходные" попал в итоговый сборник произведений, присланных на конкурс "Петербург фантастический"! Текст рассказа скоро на...
Дела книжные
Юлия Андреева сообщает: Встречайте обложку! Рисунки Елены Лебедевой, дизайн Анны Конкиной. В настоящее время сборник в типографии. ...
От перемены названия суть не меняется
Еще фрагмент из дневников Чуковского. Когда-то покойная Нордман-Северова, очень искренне, но по-институтски радевшая о благе человечества,...
Доска-читальня
Очень кстати случился iPad, а то уже как-то стал отвыкать от чтения на ночь. Томик Житинского с "Лестницей" и "Плывуном" второй год лежит нечитанный - шрифт мелковат, текст не разберу. Долго копался с программой-читалкой для планшета. Сперва поверил Экслеру, поставил Books (или как ее там?). Не понравилась. В первую очередь из-за скудной поддержки форматов, во-вторых, катастрофически неудобно, если книг много и хочется разложить по папкам, отсортировать по томам... На айфоне стоит Shortbook, попробовал ее на планшете - новые версии сырые, старая для айпада просто не годится... В итоге купил TotalReader. Надо будет обзор по нему сделать. Программа не без огрехов, но они с лихвой компенсируются всеядностью - спокойно читаю fb2, epub, pdf, djvu, вордовские документы... Залил в планшет почти все, что было на флешке покетбука, добавил еще кое-чего, чего на ридере читать не мог из-за маленького экрана. Лепота! В сети набрел на подборку книг К.И. Чуковского, среди которых оказался и его дневник. Читаю первый том, очень трудно идет. Там как раз период с 1905-го по 1929-й года. Читаешь как жили люди, которых по самую маковку макнули в советское непоймичто - оторопь берет. Сегодня празднества по случаю двухлетия Советской власти. Фотографы снимали школьников и кричали: шапки вверх, делайте веселые лица! Мережковские уехали. Провожал их на вокзал Миша Слонимский. Говорит, что их отъезд был сплошное страдание. Раньше всего толпа оттеснила их к разным вагонам — разделила. Они потеряли чемоданы. До последней минуты они не могли попасть в вагоны... Мережк. кричал: — Я член совета... Я из Смольного! Но и это не помогало. Потом он взвизгнул: Шуба!— у него, очевидно, в толпе срывали шубу. Вчера Блок сказал: "Прежде матросы были в стиле Маяковского. Теперь их стиль — Игорь Северянин". Это глубоко верно. (рассказ Горького в пересказе Шаляпина) "Смешно Лунач. рассказывал, как в Москве мальчики товарища съели. Зарезали и съели. Долго резали. Наконец один догадался: его за ухом резать нужно. Перерезали сонную артерию — и стали варить! Очень аппетитно Луначарский рассказывал. Со смаком. А вот в прошлом году муж зарезал жену, это я понимаю. Почтово-телеграфный чиновник. Они очень умные, почтово-телеграфные чиновники. 4 года жил с нею, на пятый съел. — Я, говорит, давно думал о том, что у нее тело должно быть очень вкусное. Ударил по голове — и отрезал кусочек. Ел он ее неделю, а потом — запах. Мясо стало портиться. Соседи пришли, но нашли одни кости да порченое мясо. Вот видите, Марья Игнатьевна, какие вы, женщины, нехорошие. Портитесь даже после смерти." Обхохочешься... Большой кусок, под кат уберу. Заодно предупрежу - не для слабонервных.
...Планета кошек и собак
Мой рассказ "Старик" вошел в состав сборника рассказов о кошках и собаках. Подробнее о сборнике тут. И: у сборника пока еще нет названия, если есть...
Давайте знакомиться
Я уже писал, что на Рутрекере выложена совершенно изумительная подшивка журнала "Искорка". Именно благодаря этому журналу я познакомился с...
Искорка
Я уже не раз писал, что в детстве у меня основным источником чтива были журналы - московские "Мурзилка" и "Пионер", ленинградские "Костер" и...
Еще несколько слов о Сталинграде
Отрывок из книги Виктора Некрасова "В окопах Сталинграда". За всю свою жизнь не припомню я такой осени. Прошел сентябрь-ясно-голубой, по-майскому теплый, с обворожительными утрами и задумчивыми фиолетовыми закатами. По утрам плещется в Волге рыба, и большие круги расходятся по зеркальной поверхности реки. Высоко в небе, курлыча, пролетают запоздалые журавли. Левый берег из зеленого становится желтым, затем красновато-золотистым. На рассвете, до первых залпов артиллерии, затянутый предрассветным прозрачным туманом, беззаботно спокойный и широкий, с еле-еле прорисовывающимися только полосками дальних лесов, он нежен, как акварель. Медленно и неохотно рассеивается туман. Некоторое время держится еще застывшей молочной пеленой над самой рекой, потом исчезает, растворившись в прозрачном утреннем воздухе. И задолго до первых лучей солнца ударяет первая дальнобойка. Переливисто раскатывается эхо над непроснувшейся Волгой. Затем вторая, третья, четвертая, и, наконец, все сливается в сплошном, торжественном гуле утренней канонады. Так начинается день. А с ним…
...